Для отечественных предприятий интегрированное бизнес-планирование превращается в центральный инструмент гармонизации стратегических задач, операционных процедур и активов в обстановке значительной нестабильности. Платформы IBP позволяют формировать целостную систему управления потребительским спросом, изготовлением продукции, логистическими цепочками и бюджетом, гарантируя прогнозируемость и слаженность принимаемых мер. На фоне ускоряющихся цифровых преобразований востребованность IBP-решений увеличивается во всех ключевых отраслях хозяйства, а сегмент российских разработок переживает фазу активной эволюции.
Отечественный сегмент IBP в 2025–2026 годах
За последний год российские платформы интегрированного бизнес-планирования (Integrated Business Planning, IBP) совершили значительный рывок в развитии. Однако прогрессирует не только ассортимент IBP-продуктов — одновременно усиливается и клиентский интерес: появляются новые потребители, запускаются дополнительные проекты, формулируются современные технологические запросы.
Масштабы рынка и основные драйверы расширения
В 2025 году совокупный размер рынка систем IBP в России приближается к отметке в ₽3,5 млрд. Это свидетельствует о годичном приросте примерно на 15 %, подтверждая устойчивую тенденцию к увеличению и совершенствованию. Тем не менее, движущие силы, воздействующие на рынок, претерпели изменения по сравнению с 2024 годом.
Фактор потребности в импортозамещении сохраняет свою значимость. Организации продолжают концентрироваться на поиске альтернатив покинувшим рынок системам SAP IBP, SAP APO, Anaplan, IBM Planning Analytics и другим. При этом влияние данного аспекта в перспективе следующих лет заметно снизится: те корпорации, которые применяли зарубежные решения, осуществят их замену в горизонте двух–трёх лет.
Распространение комплексного бизнес-планирования в России в текущий момент, вероятно, является главным катализатором расширения рынка. Если в период 2020–2023 годов многие предприятия не рассматривали внедрение IBP, то к 2024–2025 годам уже редкая организация не слышала об этой методологии. Уровень развития российского бизнеса повышается, растет цифровая грамотность, что закономерно увеличивает запрос на автоматизацию основных операционных процессов.
Ранее в качестве одного из ключевых стимулов спроса на IBP-решения назывался общий рост экономики. К 2025 году этот аргумент стал менее однозначным: многие игроки из крупных отраслей столкнулись с проблемами из-за высокой ставки ЦБ, экспортными ограничениями и падением доходов. В этом году рынок движет вперед именно неопределенность. Как подчеркивает генеральный директор «Интегрированных систем управления» (ИСУ) Павел Шингарев, сегодня потребность в IBP-системах растет из-за необходимости во внедрении гибких и современных инструментов, позволяющих принимать взвешенные решения в условиях перемен.
Все перечисленные обстоятельства позволяют прогнозировать дальнейший рост рынка. Его потенциальная емкость оценивается примерно в 20 млрд рублей ежегодно, однако для достижения таких показателей, с учетом экономической нестабильности, может потребоваться более пяти лет.
Клиенты
Наибольший спрос на IBP наблюдается в таких секторах, как: FMCG/ритейл/фармацевтика, агропромышленный комплекс, металлургия, нефтегазовая отрасль, химическая промышленность. Значительный интерес фиксируется и в строительстве, где пока доминирует финансово-экономическое планирование, но компании уже начинают внедрять сквозные IBP-циклы. Потенциально клиентами могут стать предприятия любых отраслей, что и объясняет увеличение числа обращений и запускаемых проектов.
Рынок
Темпы изменений на рынке остаются высокими. Число активных участников заметно возросло: в 2025 году в рейтинге IBP-платформ представлено уже 11 компаний (против восьми в предыдущем году), а всего на рынке работает не менее двадцати вендоров, предлагающих решения для IBP полностью или частично. Совокупная выручка поставщиков выросла, а доли отдельных лидеров колеблются от 5–7% до 20%. Идет напряженная конкурентная борьба за технологическое превосходство, и расстановка сил среди вендоров продолжает меняться.
Компании-разработчики сосредоточены на следующих направлениях развития:
- разработка отраслевых IBP-решений;
- совершенствование платформенных инструментов для адаптации продуктов;
- повышение эффективности обработки больших данных;
- улучшение пользовательского интерфейса и опыта взаимодействия;
- более широкое внедрение искусственного интеллекта для настройки систем и поддержки пользователей.
«При выборе технологической платформы следует учитывать целый комплекс критериев, среди которых не только стоимость и технические характеристики. Существенную роль играет отраслевая экспертиза поставщика, его опыт работы в конкретном рыночном сегменте, а также развитость его экосистемы — наличие партнеров, клиентской базы, сотрудничество с учебными заведениями и доступность центров обучения и сертификации», — отмечает Павел Шингарев. Это свидетельствует о том, что IBP становится системой, где критически важны не только сами технологии, но и способность поставщика гарантировать долгосрочное развитие и поддержку решения для клиента.
Технологические тренды IBP
Среди ключевых характеристик решений для интегрированного бизнес-планирования, которые профессиональное сообщество выделяет как наиболее значимые, — платформенная архитектура, использование передовых аналитических инструментов, сходство с интерфейсом Excel, возможность обработки ресурсоемких задач и интеграция в экосистемы. В 2025 году эти направления не только сохранили свою важность, но и стали еще более выраженными.
Тренд № 1. Платформенность
2025 год подтвердил ценность платформенного подхода. Готовые «коробочные» продукты по-прежнему занимают свою нишу, однако она постепенно сокращается. Клиенты сформулировали более четкие требования к самой концепции «платформенности», которая теперь подразумевает:
- широкий спектр встроенных технологических возможностей;
- наличие визуального конструктора, не требующего навыков программирования (no-code);
- универсальность, позволяющую решать весь спектр задач в рамках IBP.
Тренд № 2. Продвинутые инструменты аналитики
Заметно увеличился спрос на интерактивные средства визуализации технологических операций, логистических схем, цепочек поставок и других сложных объектов. Этот запрос развивает подход, применявшийся в MES-системах, и способствует ускоренному принятию управленческих решений.
Тренд № 3. Сходство с Excel
Акцент сместился с простой совместимости с Excel к постепенному отказу от его использования в качестве основного инструмента. Ключевыми стали:
– работа со сложными многоуровневыми табличными структурами;
– выполнение формульных расчетов без необходимости писать код;
– перенос устоявшихся методик планирования из Excel в среду IBP.
Тренд № 4. Обработка ресурсоемких задач
Для компаний стало принципиально важно, чтобы все задачи с высокой вычислительной нагрузкой решались в рамках единой архитектуры и настраивались с помощью no-code подхода. Это касается работы с большими объемами данных, использования оптимизационных моделей и проведения сценарного анализа.
Тренд № 5. Интеграция в экосистемы
Для заказчиков возрастает значение зрелости партнерской сети поставщика и его способности обеспечивать полноценное внедрение, долгосрочную техническую поддержку и обучение. Этот фактор становится одним из определяющих при выборе платформы.
Тренд № 6. Искусственный интеллект
Искусственный интеллект пока не стал обязательным условием, однако его роль стремительно усиливается. Многие поставщики уже заявляют о включении ИИ в стратегию развития своих продуктов; в ближайшей перспективе стоит ждать, как IBP-платформы обретут «интеллект» благодаря новым возможностям. Именно искусственный интеллект откроет следующую значимую главу в эволюции платформ IBP, что приведет к существенному повышению качества планирования», — считает Павел Шингарев.
2025 год показал новый уровень зрелости отечественного рынка IBP: были запущены свежие проекты, а разработанные системы перешли в стадию промышленного использования. Все основные тенденции не только подтвердили свою важность, но и стали более выраженными. В предстоящие годы именно они будут формировать запросы к технологиям, методологиям и экосистемам в области IBP.
Куда движется российский IBP-рынок: драйверы, барьеры и векторы развития
Рынок IBP переходит в стадию динамичного роста: корпоративные клиенты нацелены на создание более прогнозируемого управления цепочками поставок, продажами и финансами, а разработчики наращивают функционал платформ и предлагают всё более целостные решения. На направление развития влияет комплекс технологических, организационных и макроэкономических факторов — от нестабильности внешних условий до роста профессионализма внутренних команд.
Значимым направлением становится выработка стандартов цифровой трансформации. Российские компании всё чаще ждут от IBP не просто автоматизации отдельных задач, а создания целостного сквозного контура планирования. Как подчеркивает Павел Шингарев, в ближайшие годы рынок может прийти к типовым решениям, учитывающим отраслевые особенности, и к более исчерпывающим критериям функциональности, при этом отечественные платформы имеют потенциал опередить зарубежных конкурентов.
Один из главных катализаторов — нестабильность. Бизнесы сталкиваются с непредсказуемостью в поставках, изменениями в налоговом регулировании, колебаниями обменных курсов и стоимости финансирования. Это создаёт устойчивую потребность в сценарном анализе и моделировании по принципу «что, если». По словам продуктового директора «Оптимакрос» Глеба Канина, компаниям приходится готовить несколько запасных вариантов планов и устанавливать пороговые значения для ключевых показателей, что превращает IBP в инструмент гибкой адаптации к внешним изменениям.
Вторая группа драйверов связана с увеличением объёмов данных и усложнением бизнес-процессов. По мере удлинения цепочек поставок и расширения ассортимента компании переходят от моделей в Excel к платформам, способным обрабатывать более широкий спектр факторов.
Дополнительным стимулом для развития служит отказ компаний от изолированных Excel-моделей в пользу комплексных систем планирования. Это формирует потребность в более точных прогнозах, улучшенной координации процессов и минимизации влияния рыночных колебаний на операционную деятельность. Как отметил старший менеджер Группы компаний Б1 Давид Джамиев, внедрение IBP «способствует повышению точности планов, контролю над нестабильностью спроса, а также интеграции стратегических, финансовых и операционных аспектов управления».
Управляющий партнер Novo BI Евгений Непейвода обращает внимание на то, что уход международных поставщиков ослабил давление крупных брендов и ускорил переход на отечественные разработки, а государственная поддержка в рамках нацпроекта «Экономика данных» способствует внедрению интеллектуальных технологий в прогнозировании и управлении цепочками поставок. Директор департамента продвижения отраслевой экспертизы «Форсайт» Артур Хамидуллин подтверждает данную тенденцию: «Цифровая трансформация: государственные программы стимулируют внедрение IBP-систем. Параллельно растет интерес к возможностям IBP среди топ-менеджеров, которые осознают ценность точного прогнозирования и эффективного управления рисками».
Существенно возрос и спрос на целостность бизнес-процессов. Многие организации пришли к идее IBP после автоматизации отдельных направлений — бюджетирования, S&OP, производственного планирования. Теперь для руководства ключевое значение имеет не набор разрозненных планов, а единая система принятия решений. Управляющий партнер Biplanum Ярослава Кривошеева отмечает, что компании стремятся объединить продажи, производство, закупки, логистику и финансы в согласованную модель, чтобы оценивать влияние операционных ограничений на маржинальность, ликвидность и долговую нагрузку.
Повышение зрелости внутренних команд — ещё один катализатор роста рынка. В компаниях появляются директора по IBP, центры компетенций, а также роли аналитиков данных и специалистов по data science в плановых подразделениях. О переходе к такой модели говорит генеральный директор компании Jume Гурген Мелконян: у многих предприятий меняется восприятие IBP — от набора модулей к платформе, где интеллектуальные алгоритмы встроены в основу процессов, а модели основываются на обширных внутренних и внешних данных.
Однако наряду с факторами роста существуют и препятствия. IBP — это сложные проекты, требующие вовлечения всех подразделений, и не каждая компания готова выделить необходимые человеческие ресурсы. Как подчёркивает Глеб Канин, даже при отработанной методологии IBP предполагает поиск баланса между интересами продаж, логистики, производства, финансов и ИТ, что требует развитой культуры межфункционального взаимодействия.
Аналогичное препятствие отмечают и эксперты Novo BI: отсутствие внутренних проводников преобразований тормозит организации, где десятилетиями опирались на Excel и ручные методы. Как подчеркивает Артур Хамидуллин, к барьерам также относятся значительные затраты на внедрение в условиях дорогих заёмных средств и нехватка кадров, обладающих необходимыми навыками в сфере IBP и аналитики.
Тем не менее, общая тенденция сохраняет позитивный характер. По словам управляющего партнёра «Планум» Никиты Лашина, повышение уровня компетенций в области планирования внутри компаний и укрепление их стратегической значимости ведут к унификации процедур и росту интереса к комплексным IBP-решениям, особенно в условиях высокой нестабильности внешнего окружения. Схожей позиции придерживается и департамент отраслевой экспертизы Форсайт: рынок переживает этап становления стабильного спроса на решения, способные сокращать расходы, обеспечивать предсказуемость и согласовывать операционные и финансовые планы в едином пространстве.
Совокупное влияние этих факторов создаёт устойчивую динамику: отечественный рынок IBP эволюционирует от фрагментарной автоматизации к созданию целостных платформенных решений, интегрирующих стратегическое, операционное и финансовое планирование. Повышение зрелости бизнеса, развитие профессиональных навыков, возрастающая роль искусственного интеллекта и трансформация экономического ландшафта формируют предпосылки для того, чтобы IBP превратилось в стандарт управления для подавляющего большинства крупных компаний.
Наиболее востребованные функции IBP-систем среди российских предприятий
Потребности российских компаний в функционале IBP-систем существенно расширились в сравнении с прошлыми периодами. Если раньше организации фокусировались на решении отдельных задач — прогнозировании спроса, S&OP, бюджетировании или оптимизации поставок, — то сейчас центральной целью становится формирование единого пространства планирования, где данные, модели и сценарии синхронизированы между всеми бизнес-направлениями. Приоритетными становятся возможности прогнозной аналитики, оптимизационных алгоритмов, финансового выравнивания, а также инструменты, гарантирующие прозрачность и контролируемость процессов.
Прогнозирование спроса, планирование цепочек поставок и анализ данных
Прогнозная аналитика продолжает оставаться фундаментальным компонентом IBP, поскольку именно она определяет исходные параметры для планирования в сферах продаж, производства, закупок и логистики. От платформ ожидают точного построения прогнозов, поддержки различных временных горизонтов планирования, а также способности учитывать как внутреннюю информацию, так и внешние источники данных. Евгений Непейвода обращает внимание, что модули прогнозирования спроса и цифровизации цепочек поставок сегодня являются наиболее востребованными, а сценарное моделирование повышает эффективность обеих групп процессов и даёт возможность оперативно оценивать альтернативные варианты развития ситуации.
В различных сферах деятельности прогнозирование теперь охватывает не только объемы, но и состав спроса, сезонные колебания, реакцию на маркетинговые акции и внешние условия. Как отмечает Ярослава Кривошеева, организации ждут от систем интегрированного бизнес-планирования (IBP) возможностей выявлять отклонения и ключевые факторы, воздействующие на спрос и снабжение, а также моделировать различные варианты с учетом прибыльности и движения денежных средств. Это делает прогнозирование фундаментом для финансовой стабильности компании.
Кроме того, с увеличением объемов информации IBP превращается в центральный узел для ее анализа. Гурген Мелконян акцентирует, что бизнес переходит от отдельных разобщенных модулей к платформам, которые могут консолидировать крупные массивы данных и применять интеллектуальные алгоритмы — от машинного обучения до генеративных моделей — для повышения точности предсказаний и совершенствования процессов во всей логистической цепочке.
В российских условиях особенно динамично увеличивается потребность в комплексных функциональных компонентах IBP — прогнозировании спроса на базе ML-моделей, процессе S&OP, планировании загрузки мощностей, составлении бюджета и анализе сценариев. По оценке Давида Джамиева, компании ожидают «гибкое моделирование, понятную аналитику, взаимодействие с системами вроде 1C/SAP и инструменты low-code-настройки», что позволяет платформам лучше подстраиваться под специфику разных отраслей.
Оптимизация, расчет сценариев и решение задач балансировки
Необходимость в оптимизационных инструментах растет во всех сегментах рынка IBP. Организации стремятся перейти от точечного улучшения отдельных звеньев цепочек поставок к сквозной оптимизации. Как говорит Евгений Непейвода, предприятия все чаще запрашивают оптимизационные механизмы, которые учитывают взаимозависимости между MRP, производственным календарным планированием, DRP и другими контурами, что позволяет находить решения, повышающие результативность системы в целом.
В стратегических отраслях, например, в добывающей промышленности или секторе товаров повседневного спроса (FMCG), оптимизация требует значительных вычислительных ресурсов. Глеб Канин указывает, что компании из сферы потребительских товаров (CPG) ожидают оптимизации промо-мероприятий, производственных графиков и товарных запасов с учетом сроков годности, а в добывающих отраслях критически важна математическая оптимизация использования техники или железнодорожных перевозок, где количество технологических ограничений существенно выше, чем в стандартных цепочках поставок.
Второе направление оптимизации связано с согласованием операционных и финансовых планов. Ярослава Кривошеева подчеркивает, что IBP должен обеспечивать взаимную увязку планов по продажам, выпуску продукции, закупкам и логистике с целевыми финансовыми метриками, а также поддерживать сценарное моделирование отчетов о прибылях и убытках (P&L), потоков денежных средств (ДДС) и оборотного капитала для различных вариантов развития бизнеса.
Интеграции, единая модель данных и управление версиями
Эффективность проектов по интегрированному бизнес-планированию (IBP) в значительной степени зависит от способности системы оперировать единой информационной средой. Отечественные организации сегодня ждут от IBP не просто имитации бизнес-процессов, но и бесшовного взаимодействия с ERP, CRM, WMS, TMS и аналитическими системами. Как отмечает Никита Лашин, для клиентов, особенно в обстановке внешней нестабильности, ключевым становится требование объединять операционные и финансовые показатели, строить сценарные прогнозы и согласовывать планы в рамках единого решения.
Помимо интеграционных возможностей, бизнес стремится к абсолютной ясности на этапе утверждения планов. Специалисты Biplanum указывают на растущий интерес к IBP-платформам, которые дают возможность сводить воедино все виды планов — финансовые, операционные, производственные и логистические — в целостную модель, обеспечивая контроль версий, регламентированные процедуры согласования и отслеживание ключевых показателей. Это трансформирует IBP из инструмента моделирования в полноценный управленческий механизм.
Создание сквозной модели данных также упрощает интеграцию с BI-системами. По общему мнению экспертов, IBP всё чаще выступает в роли вычислительного ядра, в то время как BI-инструменты отвечают за представление информации и углублённую аналитику, что делает критически важными корректные точки сопряжения и общие справочники — в первую очередь для больших корпораций.
Пользовательский опыт, визуализация, no-code подход и требования к интерфейсам
Критерии отбора IBP-систем теперь связаны не только с их функциональной насыщенностью, но и с комфортом для конечных пользователей. Организации ожидают современный дизайн интерфейсов, удобные формы для ввода информации, гибкие средства настройки и продвинутые способы графического отображения процессов. Никита Лашин акцентирует, что тренд на самообслуживание (self-service) набирает силу: крупные игроки создают внутренние центры экспертизы, поэтому возможность развивать решение силами собственных аналитиков становится для платформы серьёзным конкурентным преимуществом.
Среди средств визуализации всё более востребованы интерактивные карты цепочек поставок, графики производственных операций, диаграммы Ганта и другие элементы, облегчающие анализ сложных объектов. При этом клиенты хотят, чтобы конфигурация интерфейсов — от пользовательских таблиц до визуальных компонентов — выполнялась без необходимости программирования (no-code).
Востребованность no-code-подхода подтверждается и исследованиями ИСУ: в числе наиболее запрашиваемых функций рынка по-прежнему значатся гибкая настройка без кодирования, высокопроизводительные алгоритмы обработки данных и дружелюбные пользовательские интерфейсы. Это служит индикатором зрелости IBP-продукта и напрямую влияет на решение о его внедрении.
Где проходит граница между IBP и BI (или ее нет?)
Хотя современные системы IBP и BI всё чаще используют схожие инструменты визуализации и обработки данных, их основное предназначение остаётся разным. BI изначально создавался как аналитический слой: он агрегирует информацию из различных источников, организует её и формирует дашборды и отчёты. В свою очередь, IBP сфокусирован на моделировании будущего: это контур для расчётов, сценариев, учёта ограничений, прогнозирования и согласования планов между отделами. Таким образом, различие между двумя классами систем заключается не в интерфейсах или визуализации, а в их роли в управлении организацией.
Сближение функционала на уровне пользовательского интерфейса не меняет сути: IBP — это система о будущем и действиях, BI — об аналитике и интерпретации фактов. Артур Хамидуллин обращает внимание, что совместное применение обоих подходов создаёт синергию: данные из BI повышают качество моделей IBP, а инструменты IBP помогают учитывать неопределённость и оптимизировать распределение ресурсов, что в конечном итоге позволяет бизнесу гибче реагировать на изменения.
Среди экспертов укрепляется согласие относительно различий между IBP и BI. Несмотря на общие черты в визуализации и работе с данными, системы выполняют различные управленческие функции. Как отмечает Давид Джамиев: «BI отвечает на вопрос: что произошло? А IBP — что следует предпринять». Этот подход наглядно показывает, почему IBP остаётся ключевой системой для моделирования будущего, а BI — аналитическим слоем для интерпретации информации.
Большинство специалистов указывают, что IBP служит средой для разработки и согласования планов, тогда как BI занимается их анализом. Евгений Непейвода подчёркивает, что IBP генерирует данные на основе математических моделей, а BI помогает визуализировать эти результаты и изучать информацию в удобном формате, оставаясь инструментом анализа, а не планирования.
Схожую точку зрения высказывает Гурген Мелконян: по мере усложнения бизнес-процессов IBP становится платформой для расчётов, где выполняются оптимизация, прогнозирование, моделирование и балансировка, в то время как BI продолжает играть роль внешнего слоя, преобразующего массивы данных в удобную отчётность, но не занимающегося моделированием и проработкой сценариев. По его мнению, BI и IBP не конкурируют, а взаимно обогащают друг друга: IBP формирует прогнозные и плановые данные, а BI отвечает за их анализ и объяснение для бизнеса.
Для промышленных предприятий это различие особенно очевидно — BI обеспечивает оперативную визуализацию данных в различных срезах, но IBP берёт на себя задачи моделирования: разработку сценариев, корректировку данных, управление ограничениями и настройку процессов согласования. При этом многие платформы IBP включают базовые элементы BI, но такие возможности не заменяют специализированные аналитические системы.
С позиции финансовой гармонизации значение IBP становится еще более заметным. Специалисты подчеркивают, что BI занимается разъяснением «что случилось» и «почему это произошло», в то время как IBP дает возможность смоделировать «что будет, если» и оценить влияние различных сценариев на прибыли и убытки, денежные потоки, оборотный капитал и операционные ограничения. Разделение между этими типами систем может становиться менее четким на уровне взаимодействий, однако их базовое различие остается.
