Поделиться
VPN в зоне риска. Ожидает ли сегмент VDI стремительное развитие?
Для большинства пользователей VPN-сервисы — это прежде всего инструмент для доступа к заблокированным или ограниченным в РФ иностранным социальным сетям, мессенджерам и видеоплатформам. Однако VPN также представляет собой технологию, через которую удаленные сотрудники (их число в России оценивается примерно в 1 млн человек) подключаются к корпоративным сетям своих компаний. В свете обсуждений о возможном введении платы и административных санкций за применение VPN многие аналитики прогнозируют резкий подъем… отечественного рынка инфраструктуры виртуальных рабочих столов (Virtual Desktop Infrastructure, VDI).
Ограничения, тарификация, последствия
Основные направления по сдерживанию использования VPN в России формируются в настоящий момент: практически каждую неделю появляются новые тревожные сообщения. Во-первых: министр цифрового развития Максут Шадаев 28 марта 2026 года провел две встречи с представителями телеком-операторов и крупных цифровых компаний, где призвал ограничить активность клиентов, применяющих VPN. На этих совещаниях присутствовали делегаты от VK, Яндекс, Ozon, Avito, ведущих российских банков и торговых сетей.
Чтобы стимулировать крупные ИТ-компании к противодействию использованию их ресурсов через VPN-сервисы до 15 апреля 2026 года, Минцифры может исключить их из «белых списков», действующих в периоды ограничений мобильного интернета. Среди прочих мер воздействия — отзыв аккредитации, дающей право на налоговые и иные преференции. Кроме того, организации рискуют утратить возможность предустанавливать свои мобильные приложения на устройства пользователей в России (напомним, речь идет о RuStore, «Госуслугах», сервисах «Яндекса», VK и Max).
Выявлением подобных нарушений займутся эксперты ФСБ России.
Вторая важная новость: операторам связи, по некоторым данным, предложили ввести плату за потребление свыше 15 ГБ международного трафика в месяц в мобильных сетях — ожидается, что такая опция может стать доступной с 1 мая 2026 года.
И третье важное сообщение: возможно установление административных санкций за применение VPN-сервисов рядовыми пользователями.
Однако несколько более сдержанная позиция была изложена в письме Максута Шадаева ассоциации «Мы — ИТ» от 30 марта 2026 года. В нем министр отметил, что его ведомство, как государственный орган, должно найти способ регулирования использования VPN на территории страны.
В документе также акцентируется, что Министерство цифрового развития не поддерживает идею административной ответственности за использование VPN, считая такой подход излишне прямолинейным, и стремится найти решение с наименьшими неудобствами для граждан.
Между тем, с 1 сентября 2025 года в стране действует законодательная норма, вводящая административные штрафы за рекламу VPN — от 50 до 500 тысяч рублей. Эти же правовые поправки установили санкции за целенаправленный поиск экстремистских материалов через VPN (от 3 до 5 тысяч рублей за доступ к заблокированным сайтам). В январе 2026 года Федеральная антимонопольная служба РФ впервые квалифицировала рекламу VPN-услуг как недобросовестную.
Цифровая контрреволюция: под угрозой удаленные сотрудники
Предложение об ограничении VPN, как и ожидалось, спровоцировало оживленные споры.
4 апреля 2026 года соучредитель «Лаборатории Касперского» и глава группы компаний InfoWatch Наталья Касперская в своем Telegram-канале высказала мнение, что блокировка VPN может нарушить работу множества сервисов, поскольку технологии оверлейных сетей часто используют протоколы, тесно связанные с критической инфраструктурой.
Она также изначально связала масштабный сбой в работе банков и Системы быстрых платежей с действиями Роскомнадзора, но после беседы с руководством ведомства принесла публичные извинения. По словам Касперской, в РКН ей пояснили, что причиной стал технический сбой в инфраструктуре Сбера, от которой зависят многие другие финансовые организации.
Отраслевые специалисты и парламентарии предостерегли, что инициатива Минцифры не устранит проблему обхода ограничений, но при этом негативно скажется на экономике, инициировав цифровую контрреволюцию.
Так, заместитель председателя Госдумы Владислав Даванков заявил, что платные VPN-решения неизбежно приведут к цифровому расслоению: интернет превратится в привилегию, состоятельные граждане сохранят доступ к западным нейросетевым сервисам, получая преимущества в образовании, карьере и предпринимательстве, в то время как остальные окажутся в «интернете для небогатых».
Особенно остро эти ограничения затронут сферу удаленной работы. Согласно данным ВШЭ за 2025 год, в России примерно 1 миллион человек трудится удаленно, а в 2026 году около 35% российских компаний используют дистанционный формат занятости, как показывают аналитики сервиса SuperJob. И такая возможность во многом обеспечивается корпоративными VPN-сервисами.
Тем не менее, многие аналитики выражают скептицизм относительно реального применения штрафных санкций. Павел Коростелев, возглавляющий отдел продвижения продуктов в «Коде Безопасности», в комментарии для CNews указал, что маловероятно введение административной ответственности за применение корпоративных VPN-решений.
«Это неотъемлемый элемент обеспечения безопасной удалённой работы, обязательность которого предписана регуляторными нормами. Защита канала связи между пользователем и инфраструктурой компании необходима. Для государственных учреждений используются отечественные криптографические алгоритмы, поэтому VPN в той или иной форме всё равно требуется», — пояснил специалист.
Эту точку зрения разделяет Василий Шубин, директор департамента управления продуктовым портфелем Getmobit. На конференции CNews, посвящённой унифицированным коммуникациям, он отметил, что вероятный запрет VPN, скорее всего, не затронет их корпоративное применение — поскольку существуют российские решения, которые активно используются, в том числе, государственными структурами. Их запрет фактически означал бы уничтожение целого рыночного сегмента.
Юрий Клочко, генеральный директор холдинга Matri, в беседе с CNews акцентировал, что технологии туннелирования представляют собой один из базовых элементов цифровой экономики.
«Любая удалённая работа подразумевает VPN. Любая компания с филиалами использует VPN. Платёжные терминалы работают через VPN. Поэтому даже гипотетическое обсуждение "запрета VPN как технологии" звучит для бизнеса как призыв к кардинальной перестройке инфраструктуры. Хотя, если рассуждать строго, в случае исчезновения VPN катастрофы не случится. Компаниям по-прежнему потребуется предоставлять доступ сотрудникам, защищать данные и взаимодействовать со внешними сервисами. Но исчезнет ключевое преимущество — простота и универсальность подхода», — подчеркнул эксперт.
Означает ли это рост для рынка VDI?
Сегодня любое устройство поддерживает VPN "из коробки": один клик — и пользователь уже внутри корпоративной сети. Неудивительно, что первыми, кто может выиграть от ограничений на VPN-сервисы, могут стать платформы виртуализации рабочих столов (Virtual Desktop Infrastructure, VDI).
По мнению Юрия Клочко, в очередной раз технология из прошлого под давлением новых ограничений может стать технологией будущего. Логика проста: если нельзя безопасно предоставить пользователю доступ в сеть, то пусть пользователь остаётся снаружи, а его рабочее место будет размещено внутри защищённого периметра.
Павел Коростелев добавляет, что VDI как один из сценариев защищённой удалённой работы также требует применения криптографии для защиты канала связи, то есть, по сути, всё равно предполагает использование VPN-технологий.
Вторым потенциальным бенефициаром в сложившейся ситуации может стать сегмент SaaS (Software as a Service — «программное обеспечение как услуга»). Если удобное подключение к инфраструктуре становится проблематичным, то сама инфраструктура может "прийти" к пользователю в виде облачных сервисов.
«Третья сторона, получающая выгоду, — это сфера кибербезопасности. VPN представляет собой не просто метод подключения, а технологию защищённого доступа. Лишаясь его, мы утрачиваем не только комфорт, но и элемент фундаментальной защиты. В целом, если VPN перестаёт быть универсальным решением, ему необходим аналог. И этот аналог уже не будет простым», — поясняет Юрий Клочко.
Василий Шубин подчёркивает, что точнее будет сказать не о всплеске делового интереса к инфраструктуре виртуальных десктопов, а о том, что рынок однозначно отреагирует увеличением числа предложений от поставщиков и интеграторов. Решения для виртуализации рабочих столов (VDI) действительно способны стать вариантом разрешения этой проблемы — стоит ли удалённым сотрудникам применять VPN для доступа к корпоративным ресурсам или нет.
Расширение рынка VDI, по его оценке, прогнозируется и в силу иных обстоятельств — российские компании-разработчики сейчас наращивают усилия, чтобы создать аналоги продуктов, которые уже давно выпускает американская Citrix — среди таких продуктов, к примеру, шлюз безопасного доступа, позволяющий обойтись без VPN.
«В минувшем году Citrix изменила модель лицензирования, и теперь все организации следят, когда этот “выключатель” будет деактивирован. Систему виртуализации рабочих столов VMware Horizon приобрела Broadcom — некоторые компании заморозили у себя использование этого решения, другие стали продлевать лицензии через другие государства. Задержка продлится ещё около полугода-года, но что будет потом?» — размышляет специалист.
Напомним, что Broadcom практически завершила свой уход с российского рынка, начав с прекращения деятельности купленной ею VMware. Корпорация остановила продление контрактов на техническую поддержку, отменила льготные условия и побуждает российских заказчиков переходить на обновлённую лицензионную политику.
Рыночные показатели
В завершение — немного статистических данных. Вопрос о введении ограничений на VPN в России пока остаётся открытым, однако спрос на платформы виртуализации в стране действительно увеличивается, о чём свидетельствуют итоги исследования CNews Analytics «Крупнейшие разработчики платформ виртуализации».
Так, по результатам 2024 года совокупная выручка первой десятки поставщиков составила 13 млрд рублей. Первое место заняла компания «Базис» (выручка 4,6 млрд руб.), на втором месте — Orion soft (2,7 млрд руб.), на третьем — «Группа Астра» (совокупные показатели двух её дочерних структур «Увеон» и ISPsystem — 1,7 млрд руб.). 83% участников рейтинга продемонстрировали положительную динамику роста доходов.
Сокращённая ссылка
