Похоже, цель OpenAI достичь капитализации более $1 трлн в ходе первичного публичного размещения акций становится всё реалистичнее. Уже на этапе частного финансирования стартап оценили в $852 млрд, что превзошло внутренние прогнозы. Компания также привлекла $122 млрд вместо изначально запланированных $110 млрд.
Источник изображения: Unsplash, Levart_Photographer
Новый этап финансирования был объявлен в феврале с ориентиром в $110 млрд, однако к марту OpenAI собрала $122 млрд, как сообщает CNBC. Это позволило оценить компанию в $852 млрд. Основной объём средств поступил от институциональных инвесторов во главе с SoftBank. В своём заявлении OpenAI отметила: «Искусственный интеллект повышает эффективность, ускоряет научный прогресс и расширяет потенциал людей и организаций. Эти инвестиции дают нам необходимые ресурсы для сохранения лидирующих позиций в условиях растущих требований».
В последнее время OpenAI сосредоточилась на ключевых и наиболее перспективных направлениях, отказавшись от ряда побочных проектов. Например, поддержка видеогенератора Sora была свёрнута довольно неожиданно, и это решение было продиктовано в первую очередь финансовой целесообразностью. Кроме того, компания стала более взвешенно подходить к развитию вычислительной инфраструктуры: в Техасе дата-центр в рамках проекта Stargate теперь достраивает Microsoft, а не OpenAI совместно с Oracle.
В прошлом году выручка OpenAI достигла $13,1 млрд, а текущие ежемесячные поступления составляют до $2 млрд, однако о выходе на прибыль говорить пока рано. В последнем раунде финансирования три стратегических инвестора должны были обеспечить $110 млрд: Amazon вложила $50 млрд, SoftBank — $30 млрд, а Nvidia ограничилась $30 млрд, которые, вероятно, вернёт через оплату поставок вычислительных ускорителей.
Остальные $12 млрд предоставил более широкий круг инвесторов, причём впервые $3 млрд были привлечены от частных лиц через банковские каналы. Участие Microsoft в этом раунде не раскрывается в деталях, но подтверждено самой OpenAI. Представители стартапа выразили уверенность, что «инвестиции со временем вернутся в экономику, принесут пользу компаниям, сообществам и — всё в большей степени — отдельным людям».
