Павел Костюрин («Инфосистемы Джет»): Влияние глобальных тенденций на российский рынок дата-центров
Сфера дата-центров в мире переживает беспрецедентный инвестиционный подъём, который аналитики JLL охарактеризовали как суперцикл. Прогнозируется, что с 2026 по 2030 год в отрасль будет направлено около $3 трлн, что приведёт к удвоению мировых мощностей. Согласно данным отчёта Global Data Center Outlook 2026, к 2030 году на искусственный интеллект будет приходиться половина всех вычислительных нагрузок, а энергопотребление на стойку достигнет 100 кВт. В этих условиях российский рынок ЦОД сталкивается с собственными вызовами: продолжается процесс импортозамещения, адаптируются инженерные системы для высоких нагрузок, компании ищут пути работы в условиях дефицита энергомощностей и изменений в регулировании. О том, какие мировые тенденции уже применимы в России, а какие остаются перспективой, в беседе с CNews рассказал Павел Костюрин, руководитель группы комплексного сервиса и эксплуатации инженерных систем компании «Инфосистемы Джет».
CNews: В глобальном масштабе активно растут нагрузки, связанные с ИИ: энергопотребление на стойку доходит до 50–100 кВт, а жидкостное охлаждение постепенно становится нормой. Какова ситуация в России? На какие показатели плотности ориентируются клиенты в настоящее время?
Павел Костюрин: Бездумно копировать западный стандарт в 100 кВт на серверную стойку — значит игнорировать нашу специфику. В России пока преобладают более умеренные показатели плотности, однако рост происходит стремительно. Большинство клиентов сегодня запрашивают мощности в диапазоне 10–20 кВт на стойку. Но уже отчётливо виден сегмент, связанный с искусственным интеллектом и высокопроизводительными расчётами, где потребности достигают 30–50 кВт. Пока это единичные проекты, но вектор развития очевиден. Сложность в том, что если на Западе системы жидкостного охлаждения постепенно становятся нормой, то у нас они пока остаются скорее прерогативой отдельных новаторов. В «Инфосистемы Джет» поступают запросы на пилотные зоны с технологией прямого жидкостного охлаждения (DLC), однако её широкое распространение вряд ли начнётся раньше, чем через два-три года. Основное препятствие — не в отсутствии самих технологий, а в значительных затратах на их внедрение и, что ещё важнее, в неготовности многих клиентов менять устоявшиеся принципы эксплуатации. Поэтому сейчас мы видим постепенное развитие: сначала — повсеместное совершенствование систем воздушного охлаждения, а затем — точечное применение DLC там, где альтернатив уже не существует.
CNews: В последнее время активно обсуждается сдвиг от обучения моделей к их практическому применению (инференсу) как ключевой фактор роста ИИ-инфраструктуры. Эти два типа задач предъявляют различные требования к дата-центрам: для обучения нужны сверхплотные кластеры, а для инференса — распределённые площадки с минимальной задержкой при передаче данных. Как в России складывается спрос на эти два сценария?
Павел Костюрин: Если говорить откровенно, чёткое разделение спроса на «обучение» и «инференс» в России пока носит во многом теоретический характер. Крупнейшие игроки находятся в фазе наращивания вычислительных мощностей и экспертизы. Они закладывают основу для обоих направлений, но основной акцент делается на гибкости инфраструктуры. Это, как правило, единичные, но крайне плотные и энергоёмкие проекты. В то же время, задачи инференса становятся массовыми и действительно требуют распределённой сети площадок с низкой латентностью. Спрос на них увеличивается, поскольку сервисы на основе ИИ входят в повседневную жизнь. Основная трудность связана с географией: дата-центры в Москве подходят для инференса, но их возможности ограничены. Строительство новых объектов в столице осложнено дефицитом энергомощностей и административными барьерами. Всё это подталкивает клиентов к рассмотрению модульных решений в регионах — это позволяет оперативно развернуть инфраструктуру вблизи конечных пользователей.
Таким образом, рынок эволюционирует в сторону гибридных архитектур: ресурсоёмкие кластеры для обучения моделей концентрируются в крупных ЦОДах, а задачи инференса перераспределяются по сети периферийных площадок.
CNews: Внедрение жидкостного охлаждения — одна из основных технологических задач. Насколько российский рынок инженерного оборудования подготовлен к этому? Существуют ли отечественные разработки, которые уже успешно применяются на практике?
Павел Костюрин: Готовность присутствует, и она уже вышла за рамки пробных проектов, перейдя в фазу реального промышленного использования. Что касается систем прямого жидкостного охлаждения (DLC) для серверов, то здесь основным поставщиком является группа компаний РСК. Они предлагают не отдельные элементы, а целостное инженерное решение — модули CDU (Cooling Distribution Unit), которые служат центральным звеном инфраструктуры для высоконагруженных стоек. Таким образом, сегодня вопрос заключается не в недостатке технологий, а в комплексном подходе к проектированию и заинтересованности клиентов. Универсальных готовых решений, где можно просто приобрести стойку с DLC и не беспокоиться, пока не существует — каждый проект по-прежнему требует индивидуальной проработки.
Жидкостное охлаждение, безусловно, представляет собой технологию будущего, и для некоторых высокоплотных решений оно уже стало реальностью. Однако в России текущая практика — это интеллектуальное воздушное охлаждение с активным использованием природных условий и комбинированных подходов: холодные коридоры, свободное охлаждение в течение всего года плюс адиабатическое охлаждение в самые жаркие периоды. Отечественные интеграторы обладают большим опытом в создании подобных систем, которые обходятся дешевле, более предсказуемы в обслуживании, а для них проще найти как оборудование, так и квалифицированный персонал.
CNews: С увеличением плотности размещения оборудования и внедрением жидкостного охлаждения меняются не только технические требования, но и принципы обслуживания. Какие новые навыки теперь нужны эксплуатационным службам? Как организована подготовка специалистов?
Павел Костюрин: Это, пожалуй, наиболее сложный вопрос. Раньше эксплуатация ЦОДа была сферой ответственности «электриков» и «систем вентиляции», которые работали с хорошо знакомым оборудованием. Сегодня граница между ИТ-инфраструктурой и инженерными системами становится всё менее чёткой. При использовании прямого жидкостного охлаждения сервисное обслуживание контура невозможно без базовых знаний в области IT: прежде чем проводить какие-либо манипуляции с гидравликой, специалист должен правильно завершить вычислительные процессы и программно отключить сервер. Это означает, что сотрудникам эксплуатационных служб необходимо осваивать не только принципы работы с теплоносителями, но и базовые операции по управлению серверным оборудованием, включая его штатное отключение. Требуются совершенно новые компетенции, объединяющие разные области знаний. Без таких комплексных навыков любое вмешательство в систему жидкостного охлаждения может привести к потере данных или поломке оборудования.
Университетские программы пока не поспевают за динамикой рынка, поэтому мы наблюдаем значительный дефицит кадров. Чтобы восполнить этот пробел, мы активно развиваем программу стажировок, привлекая в команду заинтересованных студентов и недавних выпускников технических специальностей. Взамен мы предлагаем им участие на всех стадиях реализации реальных проектов.
Отрасль только начинает осознавать, сколько и каких именно специалистов потребуется в ближайшие год или два.
CNews: Во многих государствах энергетические ресурсы превратились в ключевое ограничение для роста дата-центров: процедура подключения к сетям растягивается на годы, что вынуждает операторов развивать собственную генерацию. Как обстоят дела с этим в России? И какие шаги можно предпринять в свете потенциального запрета на возведение новых ЦОД в столице?
Павел Костюрин: В нашей стране энергетический вопрос, безусловно, является основной проблемой. Ситуация выглядит противоречиво: при колоссальных энергетических резервах страны, получение доступа к мощностям в требуемом месте превращается в сложнейшую задачу. Оформление необходимых технических условий в Москве и Подмосковье действительно может занимать годы. Столичный регион уже сегодня входит в зону ожидаемого дефицита энергоресурсов. Каковы возможные решения? Прежде всего, это ориентация на регионы. Это не просто тенденция, а необходимая стратегия. Во-вторых, проектирование с расчётом на автономные источники энергии. Если ранее дизельные генераторы рассматривались лишь как резерв, то сейчас всё чаще в качестве базового источника рассматриваются собственные газопоршневые или газотурбинные установки. Это увеличивает стоимость проекта, но обеспечивает независимость от ограничений внешних сетей.
Запрет на строительство в Москве — это не кризис, а импульс для развития индустриальных площадок в близлежащих областях. Крупные компании, например, Key Point и «Ростелеком», уже активно развивают федеральную сеть дата-центров, и эта тенденция будет набирать силу.
Таким образом, текущая ситуация такова: около 80% мощностей российских ЦОДов сосредоточено в энергодефицитной московской агломерации, где возможности для новых подключений практически иссякли. И здесь природный газ становится нашим главным преимуществом: собственная генерация на газе позволяет оператору получить прогнозируемую и управляемую стоимость киловатт-часа, не зависящую от сетевых ограничений и повышения тарифов. Однако основное препятствие — не в технологиях или ресурсах. Взгляните сами: если техприсоединение к электросетям — это задача повышенной сложности, то подключение к газовым сетям сегодня — это высший уровень, пройти который в одиночку почти нереально. Поэтому ключевая задача — не в поиске газа (его у нас более чем достаточно), а в устранении административных барьеров на пути к нему, создании ясных и предсказуемых правил для всех участников рынка.
CNews: По всему миру растут затраты и сроки на строительство. Что в России сейчас является основным «слабым звеном»: доступ к энергомощностям, оборудование с долгими сроками поставки или квалифицированные специалисты? И как с этим справляться?
Павел Костюрин: О доступности энергомощностей в нужных локациях уже говорили. Второй фактор — это человеческие ресурсы. Требуются не просто инженеры, а целые команды, способные реализовать проект «под ключ» в условиях импортозамещения и динамично меняющейся рыночной конъюнктуры. Оборудование — это уже следующий вопрос. Да, сроки поставок могут быть значительными, но рынок постепенно приспосабливается. Появилось немало отечественных производителей.
Как действовать? Требуется пересмотреть принципы планирования — внедрить модульную стратегию, дающую возможность вводить мощности постепенно. Также важно активнее применять BIM-проектирование и CFD-моделирование на этапе разработки проекта, чтобы сократить количество ошибок, которые в дальнейшем оборачиваются финансовыми потерями и срывами сроков.
CNews: Согласно прогнозам аналитиков JLL, мировой рынок модульных дата-центров увеличится с $11 млрд до $48 млрд к 2030 году. В России, согласно отраслевой информации, этот сегмент также демонстрирует активный рост. Каковы основные движущие силы? Это погоня за скоростью развёртывания, нехватка мощностей в привычных локациях или адаптация к нагрузкам от систем искусственного интеллекта?
Павел Костюрин: Рост обусловлен всем перечисленным одновременно, однако ключевыми факторами являются скорость внедрения и отсутствие возможности возводить традиционные ЦОДы в требуемых местах. Бизнесу, включая крупный, необходим предсказуемый график запуска: не «по завершении строительства», а «сервисы будут запущены через 4-6 месяцев». Второй аспект — дефицит энергомощностей. Модульные решения зачастую проще интегрировать в действующие лимиты, они могут быть менее энергозатратными на старте и легче масштабироваться по мере необходимости. Третья причина — распределённая инфраструктура. Крупные игроки стремятся избегать хранения всех данных в одном месте, им требуются региональные узлы для обработки информации и выполнения вычислений. Готовые модули для этого — оптимальное решение. Да, нагрузки от ИИ тоже вносят свой вклад, но пока опосредованно. Для высокоплотных вычислительных кластеров модульный формат порой более удобен, чем модернизация действующего дата-центра.
CNews: Модульные технологии развиваются: от контейнерных решений до масштабных комплексов на десятки мегаватт. Как это направление эволюционирует в России? Появились ли местные производители, способные удовлетворять сложные требования, в том числе для высокоплотных конфигураций под задачи ИИ?
Павел Костюрин: Эволюция происходит динамично. Если 5-7 лет назад модульный ЦОД воспринимался как один-два контейнера на удалённой площадке, то сегодня это полноценные инженерные системы. В России сформировались производители, которые вышли из статуса простых интеграторов и перешли к комплексному инжинирингу. Они предлагают уже не просто модули, а законченные решения: со встроенными источниками бесперебойного питания, системами охлаждения, контроля доступа и пожаротушения.
В области ИИ-конфигураций мы сталкиваемся с наиболее сложными задачами. Высокоплотные серверные стойки нуждаются в особой инфраструктуре охлаждения — применяются либо рядные системы, либо прямое жидкостное охлаждение. Хотя не каждый поставщик берётся за подобные проекты, предложение на рынке постепенно растёт. Уже реализованы успешные примеры модульных дата-центров для ресурсоёмких вычислений, где для анализа воздушных потоков и тепловых карт использовалось CFD-моделирование. С технической точки зрения, отечественные компании обладают компетенциями для решения таких задач, однако здесь необходим целостный подход: от этапа проектирования до сервисного обслуживания после окончания гарантии, поскольку сложные системы требуют соответствующего уровня эксплуатации.
Помимо производителей модульных ЦОДов, в России также развиваются компании, предлагающие типовые и масштабируемые архитектурные решения.
Подобные подходы дают возможность наращивать вычислительные мощности крупными модулями, подобно конструктору, без необходимости каждый раз полностью пересматривать проект. Это значительно упрощает и ускоряет ввод в эксплуатацию даже самых сложных объектов.
CNews: Если рассматривать глобальные тенденции, какая из них будет наиболее важной для российского рынка в ближайшую пятилетку? А какая, возможно, получает излишнее внимание? Не чрезмерен ли ажиотаж вокруг искусственного интеллекта?
Павел Костюрин: Наиболее значимым, по моему мнению, является тренд на энергоэффективность и энергетическую автономию. Умение строить дата-центры в местах с доступной энергией и достигать минимальных значений PUE (показателя эффективности использования энергии) станет решающим конкурентным преимуществом. Это трансформирует географию отрасли и инженерные методики.
Активный интерес к ИИ, возможно, несколько завышен, но назвать это просто временным увлечением нельзя: это реальность, которая меняет отрасль. Однако слишком много разговоров ведётся вокруг «волшебных» цифр вроде 100 кВт на стойку, которые якобы скоро станут стандартом для всех. В России даже к 2030 году на ЦОДы для ИИ будет приходиться лишь около 13% вводимых мощностей. Основная часть рынка — это традиционные корпоративные дата-центры. Поэтому, если бы мы бросились безоглядно перестраивать всё под ИИ прямо сейчас, это могло бы навредить отрасли. Внедрение ИИ требует взвешенного подхода с учётом местных условий — кадровых, энергетических и технологических.
Российский рынок ЦОДов достаточно успешно адаптирует мировые тенденции к локальным особенностям, таким как дефицит энергомощностей и нехватка квалифицированных специалистов. При этом фокус смещён не на революционную гонку за 100 кВт на стойку, а на постепенное повышение эффективности и применение гибридных решений.
■ Материал подготовлен на коммерческой основеerid:2W5zFJfp8HFЗаказчик: АО «Инфосистемы Джет»ИНН/ОГРН: 7729058675/1027700121195Веб-сайт: https://jet.su/
